Logo

«Яблоко от яблони» и «лишняя тарелка супа»: 5 мифов о приёмном родительстве

Многие люди не решаются стать приёмными родителями, потому что их пугают мифы: «у меня нет педагогического образования», «он вырастет таким же, как его родители», «я не смогу его полюбить». Какие ещё установки мешают взять в семью приёмного ребёнка? Рассказывают координатор Школы приёмных родителей при Детской деревне SOS Псков Мария Васильева и методист, преподаватель курса Ольга Шерстюк.

1. «У меня нет педагогического/психологического образования»

Многие думают: чтобы воспитывать приёмного ребёнка, нужно специальное образование. Что без диплома психолога или педагога обязательно сделаешь что-то не так.

Но педагогическое образование не делает человека хорошим родителем – и его отсутствие не мешает быть чутким и устойчивым взрослым. Важнее знаний – готовность быть рядом, выдерживать сложные чувства и трудное поведение ребёнка, не убегать от его боли и учиться вместе с ним.

Именно этому посвящены занятия в Школе приёмных родителей. Здесь говорят не столько о педагогических методах, сколько о двух вещах. Первая – эмоциональная устойчивость: способность оставаться спокойным и надёжным взрослым, когда ребёнок злится, боится или проверяет вас на прочность. Вторая – понимание травмы привязанности: умение видеть, что за трудным поведением часто стоит боль от потери близких, и оставаться рядом, даже когда ребёнок вас отталкивает.

2. «Он может вырасти таким же алкоголиком/преступником, как его родители»

В народе живёт убеждение «яблоко от яблони недалеко падает» – будто от рождения заложена программа, которая предопределит судьбу. Приёмные родители боятся, что в ребёнке «проснутся» гены кровной семьи и весь их труд окажется напрасным.

Но гена алкоголизма или преступности не существует – это установлено генетиками. От родителей можно унаследовать черты темперамента и предрасположенности, но это не значит, что ребёнок повторит судьбу кровных родителей. Если семья живёт в страхе перед «плохой наследственностью» и в каждом поступке ребёнка видит «опасные сигналы», ребёнок либо оправдывает эти опасения, либо демонстративно подчёркивает именно те черты, которых боятся взрослые. На занятиях в Школе приёмных родителей подробно разбираем эту тему: что человек получает при рождении, а что зависит от среды и воспитания.

3. «Я – заводчик, воспитываю щенков, выращу и ребёнка»

Некоторые считают, что базовый уход – накормить, одеть, уложить спать – это уже почти всё, что нужно ребёнку. Если справляешься с животным, которое полностью зависит от тебя, то и с ребёнком будет не сложнее.

Но приёмный ребёнок – не питомец. У него есть травма потери и нарушенная привязанность, ему нужен эмоциональный отклик, а не только еда и тепло. Он может спросить: «Почему мама меня бросила?» – и на этот вопрос нет простого ответа. Он может вести себя трудно, и это не капризы, а следствие того, что ему пришлось пережить. Приёмный ребёнок приходит в семью со своей историей, и её нельзя стереть или сделать вид, что её не было. С ней можно только работать – бережно и вместе.

4. «Я вырастил пятерых своих детей, воспитаю и одного чужого»

Когда есть опыт кровного родительства, появляется уверенность: я знаю, как растить детей, я справлялся – значит, справлюсь и здесь. Кажется, что разницы нет и принципы те же. Многодетные родители часто приходят в Школу приёмных родителей с мыслью: «Чему вы меня научите?»

Но опыт с кровными детьми – это опыт отношений с ребёнком, который с первого дня жизни был рядом с вами, и привязанность формировалась естественно. Приёмный ребёнок приходит в семью с нарушенной привязанностью, с опытом того, что близкие могут исчезнуть, с болью разрыва. И методы, которые работали с кровными детьми, здесь могут не сработать. После занятий родители часто признаются, что открыли для себя много нового – и в понимании ребёнка, и в понимании себя.

5. «В нашей семье найдётся лишняя тарелка супа для приёмного ребёнка»

Это добрый порыв: у нас есть дом, еда, мы ребёнку рады – значит, ему будет хорошо. Кажется, что главное – накормить и обогреть, а остальное приложится. Но за этим намерением стоит упрощение: потребности ребёнка сводятся к самым базовым.

Тарелка супа – это только первый уровень пирамиды потребностей. Приёмному ребёнку нужно гораздо больше: чувство безопасности, ощущение принадлежности семье, эмоциональный отклик на то, что с ним происходит, помощь в адаптации и признание его истории. Если ребёнка кормят, но не объясняют, что происходит, не помогают пережить потерю и не выстраивают с ним привязанность, ему не становится лучше. На занятиях этот миф часто становится поворотным: приёмные родители начинают понимать, что задача не «докормить», а достроить то, чего ребёнок был лишён, – привязанность, доверие и чувство безопасности.

«Зачем мне учиться быть приёмным родителем, если это мои племянницы? Я и так их знаю»

Женщина взяла в семью девочек-племянниц после кризиса в их кровной семье. Она была уверена: близкое родство поможет справиться с любыми сложностями. Но очень скоро растерялась – девочки закрывались, дерзили, и она не понимала, что с этим делать.

– Я помнила их в спокойные времена и не думала, что события в семье могли так сильно поменять их поведение. Мне казалось, что наша кровная связь решит все конфликты. Иногда я чувствовала, что я недостаточно хорошая тётя для них, – было эмоционально тяжело, – призналась она во время обучения.

На занятиях ей объяснили, как справляться с последствиями психологической травмы: когда ребёнок злится, тревожится, с трудом доверяет или ведёт себя младше своего возраста. Со временем она увидела: конфликты были не из-за характера девочек, а из-за того, как они переживали стресс и перемены.

«Мне казалось, что и так всё понятно»

Был ещё такой случай. К нам пришла жена погибшего участника СВО. Она воспитывала двоих детей: сына мужа и своего внука.

Женщина не понимала, зачем ей проходить обучение: «Мне казалось, что и так всё понятно».

Но после окончания курса она отметила, что отношения между детьми в семье улучшились, с приёмным ребёнком удалось наладить контакт. А ещё – что занятия помогли всей семье пережить травму потери.

«Я не знала, как рассказать детям о потере»

Похожая ситуация была ещё в одной семье. Женщина пришла в Школу приёмных родителей после гибели мужа. Она не знала, как говорить с детьми о случившемся и как помочь им пережить потерю.

– Мне было тяжело признать, что я не знаю, как рассказать детям об изменениях в нашей жизни. Казалось, что достаточно любви и заботы, и всё будет хорошо. Но моя тревога и тревога детей только усиливалась, – вспоминает она.

На занятиях ей объяснили, как говорить с детьми о потере, как помогать им справляться с эмоциями, как не передавать им собственную тревогу и как выстроить отношения между детьми. А ещё подсказали, где можно получить помощь психолога.

По её словам, после курса отношения в семье улучшились. Она стала лучше понимать потребности каждого ребёнка и получила поддержку в переживании собственного горя: «Я проговорила свои страхи и получила поддержку специалистов и других приёмных родителей».

Почему приёмному родителю нужна поддержка

Приёмное родительство часто представляют как личный подвиг: взял ребёнка – значит, должен справляться сам. Но на самом деле это работа в команде, и ресурсы родителя здесь важны не меньше, чем знания и опыт.

С первого дня Школы приёмных родителей мы говорим о том, что приёмный родитель не остаётся один. Рядом всегда есть специалисты, которые помогают: психологи и педагоги, логопеды и дефектологи, сотрудники органов опеки, воспитатели и учителя.

Возвраты детей часто происходят не из-за нехватки знаний или любви, а из-за выгорания и страха показаться несостоятельным. Команда нужна, чтобы можно было честно сказать «я не справляюсь» – и получить помощь, а не осуждение.

Из чего складываются ресурсы приёмного родителя:

• эмоциональная устойчивость, то есть способность выдерживать агрессию или отторжение ребёнка и не терять при этом себя;
• время и пространство для отдыха, потому что выгоревший родитель не может быть опорой;
• поддержка супруга и всей семьи;
• готовность учиться и признавать ошибки.

На занятиях будущие приёмные родители честно смотрят на свои силы и возможности – и иногда понимают, что сейчас не готовы взять ребёнка в семью. И это не поражение и не повод себя винить. Наоборот, такое решение говорит о зрелости и ответственности: человек не закрывает глаза на трудности, а трезво оценивает, что сможет дать ребёнку сейчас, а что – позже.

Каждый ребёнок должен расти в семье

Мы верим, что каждый ребёнок должен расти в любящей семье – там, где есть доверие, забота, уважение и безопасность. Где рядом близкие, без которых невозможно по-настоящему раскрыть свой потенциал.

Мы защищаем право каждого ребёнка на воспитание в семье, помогаем молодым людям строить своё будущее и вместе с сообществами создаём среду, где поддержку может получить любая семья. Наша цель – чтобы все российские дети жили в любящих семьях.

Особое место в нашей работе занимают приёмные семьи. Мы помогаем им подготовиться к появлению ребёнка, а потом не оставляем одних: поддерживаем, когда трудно, и остаёмся рядом столько, сколько нужно. Мы хотим, чтобы приёмные родители не оставались наедине со своими страхами и сомнениями – а могли их проговорить и получить помощь.