Logo

«Мы всегда на стороне ребёнка, даже если это непросто»: как мобильная бригада проекта «Sамый дОбрый автобуS» помогает сохранить кровные семьи в ЛНР

В Луганской Народной Республике система защиты детства только перестраивается на российские стандарты. Мобильная бригада проекта «Sамый дОбрый автобуS» на специальном транспорте объезжает отдалённые районы и помогает семьям, находящимся в сложной жизненной ситуации. В команде юристы, психологи, врачи и специалисты по социальной работе. О том, как устроена помощь семьям с детьми в новых регионах и с какими вызовами сталкиваются специалисты, рассказывает директор Программы благотворительной организации «Детские деревни SOS» в ЛНР Ирина Зинченко.


«Когда дело дошло до реальных выездов, пришлось доказывать свою компетентность»

Проект «Sамый дОбрый автобуS» стартовал в феврале 2026 года. Мобильная бригада должна охватить помощью 20 административных районов ЛНР. За первые месяцы работы команда побывала в семи из них: Луганске, Лутугино, Краснодоне, Алчевске, Старобельске, Славяносербске и Антраците.

– Когда мы начали выезжать в районы в феврале, нам ещё только предстояло завоевать доверие. Ни специалисты, ни семьи нас не знали, – вспоминает Ирина Зинченко.

Помогла подготовительная работа. Ещё до старта проекта мы проводили кейс-конференции, знакомились с коллегами из социальных служб и образования. Это немного облегчило путь: специалисты уже знали, что мы существуем. Но когда дело дошло до реальных выездов, всё равно пришлось доказывать свою компетентность.
Теперь у команды устойчивый поток обращений от людей, что позволяет оперативно отрабатывать самые срочные и сложные запросы.

– Мы берём сейчас только те ситуации, где требуется немедленное решение: изъятие детей, реинтеграция, то есть возвращение ребёнка из учреждения в кровную семью, истории с жёсткими временными рамками. Например, маму ограничили в родительских правах на шесть месяцев, и надо успеть за этот период всё сделать. Количество обращений превышает наши возможности, поэтому мы вынуждены выбирать самое критическое, – поясняет директор программы.

«Специалистам тоже пришлось учиться работать по-новому»

– В наши задачи входит не только поддержка семей здесь и сейчас, мы также стараемся усилить местных специалистов, чтобы помощь не остановилась, – уточняет Ирина Зинченко.

– Это не образовательный проект в классическом смысле. Мы не выдаём дипломы и удостоверения. Наша задача – повышать практические навыки коллег, их понимание того, как должна работать система защиты детства.

Для этого приглашаются эксперты. Они проводят групповые консультации и семинары. Очные, на местах. Темы самые разные. Например, одно из первых мероприятий посвятили «больной» для всех теме: переходу на российское законодательство. Не только родители, но подчас и сами специалисты до конца не понимают, как оформлять приёмную семью, какие пособия положены, какие права у опекаемых детей и их приёмных родителей. Эксперты помогали разбираться в тонкостях нового законодательства. До сих пор команда проекта «Sамый дОбрый автобуS» ведёт несколько дел, связанных с этими вопросами.

Ещё один семинар был посвящён наркологии, психологии и психиатрии. Он состоялся в трёх районах, в Алчевске, Краснодоне и Луганске, но собирал представителей со всех 20 районов ЛНР. На него приезжали сотрудники Госнаркоконтроля, школьные психологи, социальные педагоги, врачи, члены комиссий по делам несовершеннолетних. Все, кто может столкнуться с подростковыми зависимостями. Эксперты учили распознавать маркеры употребления запрещённых веществ, оказывать первую помощь при передозировке, видеть разницу между ситуацией, когда ребёнок принимает наркотики, и когда его используют для их сбыта.

– Современные синтетические наркотики трудно распознать. Это новый вызов для всех специалистов. Нужно знать, на что обращать внимание, как вести себя, если заподозрил неладное, – комментирует Ирина Зинченко.
Впереди новые встречи и новые темы. Эксперты будут приезжать и дальше, чтобы специалисты на местах получали актуальные знания и могли применять их в работе.

«Люди жили в правовом вакууме»

Объехав семь районов, команда начала собирать аналитику. И хотя полная картина ещё не сложилась, первые выводы уже сделаны.

– Больше половины всех запросов – юридические. Справки, иски, оформление документов, – констатирует Ирина Зинченко.

Причин несколько. Долгое время на некоторых территориях вообще нельзя было ничего сделать: ни оформить, ни зарегистрировать, ни получить. Потом переход на российское законодательство, который потребовал переоформления множества документов. Затем появление новых льгот и возможностей, о которых многие просто не знают.
Например, выпускник сиротского учреждения может встать в очередь на получение жилья. Раньше такой практики не было. К нам приходят и спрашивают: «А такое разве возможно?» Или: «С чего начинать?» Это вопросы осведомлённости. Приёмные семьи теряются в новом законодательстве. И это при том, что ещё недавно на некоторых территориях вообще нельзя было ничего сделать: люди жили в правовом вакууме, – объясняет Ирина Зинченко.

Опыт первых месяцев уже подсказал, что нужно корректировать в будущем.

– Мы не ожидали, что юридических вопросов окажется так много. Эта помощь нужна нам каждый день, и мы видим, насколько важно укреплять это направление. Если проект получит продолжение, мы обязательно будем привлекать дополнительных специалистов, чтобы делать поддержку семей ещё более доступной и оперативной, – признаётся Ирина Зинченко.

Второй по частоте блок запросов поступает от органов опеки и организаций, сопровождающих семьи с детьми. Речь идёт о семьях в социально опасном положении, там, где ситуация настолько катастрофическая, что либо надо забирать ребёнка, либо кто-то должен подключиться и помогать.

– У специалиста опеки, может быть, сто таких семей на одного человека. Они просто физически не могут охватить всех. Поэтому подключают нас. И мы входим в ситуацию, начинаем работать комплексно, – рассказывает руководитель программы в ЛНР.

Что характерно для этих семей? Низкая родительская компетенция, отсутствие жизненных навыков: поддержание дома в чистоте, приготовление пищи, ведение хозяйства, распоряжение деньгами. Дети оказываются в опасном положении не потому, что родители злые, а потому, что они просто не умеют иначе. Они сами выросли в таких же условиях и не знают другой модели.
При этом психологическая помощь тоже очень нужна. Часто запрос формулируется одним образом, а по факту требуется совсем другое. Человек приходит с одной проблемой, но в процессе разговора выясняется, что глубинная причина лежит совсем в иной плоскости. Например, обращается за юридической консультацией, а оказывается, что нужна психологическая поддержка. Тогда наши специалисты перестраиваются, подбирают другие инструменты, привлекают коллег, – уточняет Ирина Зинченко.

– Мы только в начале пути, но уже сейчас видно, какие направления требуют усиления. Как будет выглядеть наша практика в итоге, мы поймём через год, когда накопится больше опыта. Но уже сейчас понятно, что наша работа востребована, – заключает руководитель.

«Нельзя спасти ребёнка, не поняв, через что прошла его мать»

За полгода работы команда проекта столкнулась с десятками случаев, когда помощь требовалась не просто как консультация, а как комплексное сопровождение.

– На одной из наших встреч присутствовал сотрудник местной школы-интерната коррекционного типа, который рассказал о девушке, которой очень нужна поддержка. Так мы познакомились с юной мамой из Лутугино. У неё грудной малыш, есть муж, но он работает неофициально, доходы крайне низкие, она сама в отпуске по уходу за ребёнком. У них возникла сложная ситуация с жильём, им просто негде жить, – рассказывает Ирина Зинченко.
Куда идти? К кому обращаться? Опытных людей, у кого можно было бы спросить совета и получить квалифицированный ответ, рядом не оказалось.

– Мы объяснили ей, какие документы нужно собрать и куда обратиться. Работали не одни, связались с органами опеки, потому что ситуация требовала межведомственного подхода, – говорит Ирина Зинченко.

Но юридическая помощь только верхушка айсберга. Глубже травма, которая тянется из детства.

– Мы много говорили с ней об обиде на маму, которая попросту выгнала её из дома. По сути, всё своё детство она прожила без матери. Её воспитывали бабушка и дедушка, а когда их не стало, мать не приняла её, – вспоминает Ирина Зинченко.

Этот случай демонстрирует, что такое комплексная помощь. Невозможно решить жилищный вопрос без психологической поддержки. Нельзя просто восстановить документы, не разобравшись в семейной истории. И главное, нельзя спасти ребёнка, не поняв, через что прошла его мать.

– Мы работали с ней несколько месяцев. За это время она не только узнала о своих правах, но и смогла по-другому взглянуть на свою жизнь, на отношения с мамой, на своё собственное материнство, – говорит Ирина Зинченко.

«Мы всегда выбираем ребёнка»

Несмотря на все сложности работы, у нашей команды есть чёткий внутренний компас, который помогает принимать решения в самых запутанных ситуациях.
Ирония ситуации в том, что даже сами специалисты государственных структур порой не знают, как правильно вести себя в тех или иных чрезвычайных обстоятельствах.

– Для них это тоже новая реальность. Многие вопросы, с которыми мы сталкиваемся, возникли только в последние годы. И никто не учил специалистов, как на них отвечать, – констатирует руководитель.

– Для нас главное, чтобы интересы ребёнка всегда оставались в центре внимания. Мы стараемся выстраивать конструктивный диалог со всеми структурами, но, если возникает выбор между удобством взаимодействия и благополучием ребёнка, мы всегда выбираем второе. Иногда это требует дополнительных усилий и может создавать напряжение, но мы готовы к этому, – говорит Ирина Зинченко.

Этот подход объединяет работу «Детских деревень SOS» во всех регионах. Интересы ребёнка всегда остаются в приоритете.

– Мы смотрим не только на цифры. Важнее то, что происходит с семьями, когда они обретают опору и начинают справляться сами. Мы уже видим, как это работает: те, кто был на грани распада, понемногу встают на ноги, дети остаются с родными. В проекте заявлена помощь в ста сложных случаях. Это не разовые консультации, а глубокая, длительная работа, требующая времени и терпения. Мы справимся, я в это верю, – говорит Ирина Зинченко.

Мобильная бригада продолжает выезжать в районы, где ждут поддержки. Каждая поездка даёт кому-то шанс не потерять самое дорогое. За первые месяцы команда приняла десятки сложных случаев, и за каждым из них стоит чья-то судьба, которую удалось изменить.

Проект «Sамый дОбрый автобуS» реализуется при поддержке Фонда президентских грантов.

# Sамый дОбрый автобуS
#Социальный центр SOS в ЛНР
# ФПГ