19.05.2026

Не просто крыша: как кризисное размещение в Санкт-Петербурге помогает семьям оставаться вместе

Мы убеждены: ни один ребёнок не должен быть разлучён с родителями из-за тяжёлых жизненных обстоятельств. Поэтому мы развиваем программу кризисного размещения семей с детьми как часть помощи Программы профилактики социального сиротства и укрепления семьи. О том, как она устроена – рассказывают наши коллеги из Санкт-Петербурга.

С начала года на кризисном размещении в программе профилактики социального сиротства и укрепления семьи в Санкт-Петербурге проживало 7 семей. В них растут 18 детей, и все они остались с родителями.

Это не просто цифры. За ними семь разных историй, в которых наша команда помогает семьям пройти через кризис и не разлучиться. А ещё почти год наши коллеги участвовали в исследовании, которое помогло им оказывать эту помощь ещё бережнее и безопаснее.

Кризисное размещение: что это


Это не просто временное жильё. Семьи попадают в программу кризисного размещения, когда теряют кров, сталкиваются с домашним насилием, потерей дохода, переездом в другой город или оказываются в ситуации, угрожающей безопасности детей. Им нужны не только крыша над головой, но и поддержка психолога, сопровождение специалистов, внимание к каждому члену семьи.

«Например, сейчас у нас проживает мама с двумя детьми, которая пережила домашнее насилие. Подруга дала ей номер нашего центра, и она позвонила. Но даже после разговора со специалистом решиться на переезд ей было очень страшно. Женщина приехала почти без вещей, в состоянии сильной тревоги. Возвращаться домой ей было страшно», - рассказывает Вероника Лемешева, руководитель программы кризисного размещения.

За время проживания в доме кризисного размещения мама получила психологическую поддержку и прошла консультацию психиатра, который подобрал ей препараты для стабилизации состояния. Также она cмогла пройти профориентацию для выбора подходящей профессии и сейчас ищет работу. Дети прошли диагностику у дефектолога, а наши коллеги помогли устроить их в детский сад. Семья получает продуктовую помощь и юридическую поддержку по алиментам и разводу: отношения с мужем остаются крайне напряжёнными. А ещё мама стала участницей группы поддержки для женщин, оказавшихся в похожей ситуации.

Участие в исследовании


Мы стараемся, чтобы семьям на кризисном размещении было безопасно и комфортно, и в этом нам очень помогает поддержка партнёров. Почти год программа профилактики социального сиротства и укрепления семьи в Санкт-Петербурге принимала участие в исследовательском проекте «Роль травмоинформированного подхода в работе с женщинами, проживающими в кризисных центрах». Его организовал Фонд «Дети Саха-Азия» при поддержке Благотворительного фонда «Абсолют-Помощь».

Вероника Лемешева провела четыре интервью с женщинами, которые живут или недавно жили на кризисном размещении. Беседы записывались на аудио, затем делалась их транскрибация. Специалисты программы также заполнили анкету и рассказали в личных беседах о работе кризисного размещения. В заключении специалисты приняли участие в фокус-группах с коллегами из других организаций, на которых обсуждали как устроена работа и с какими ситуациями сталкиваются семьи.

Завершающим этапом проекта станет конференция в Екатеринбурге, где будут представлены результаты исследования, в том числе нашей организации. В конференции примут участие представители центров кризисного размещения со всей страны.

Почему подход должен быть травмоинформированным


Когда человек пережил насилие, потерю, страх, ему нужна помощь, которая не навредит повторно. В этом суть травмоинформированного подхода: не «что с тобой не так?», а «что с тобой произошло?».

Олеся Яшкина, заместитель директора программ благотворительной организации «Детские деревни SOS» в Санкт-Петербурге по профилактике социального сиротства и укреплению семьи, объясняет:

«Травмоинформированный подход означает, что сотрудники, работающие с семьями, осведомлены о том, какие последствия привели человека к кризису. Есть ряд факторов, которые на это повлияли; часто они тянутся из детства. Специалисты не осуждают, не спрашивают: "Как вы докатились до такой жизни?" Они понимают, какие травмы стоят за ситуацией, и знают, как работать с такими детьми и взрослыми».

Ещё один важный принцип — безопасная и понятная среда. Когда семья попадает в наш дом кризисного размещения, ей сразу объясняют, что это за место, как оно устроено, какие здесь правила. Никаких скрытых условий, всё честно и прозрачно. Это помогает снять тревогу и начать выстраивать доверие. Как уточняет Олеся, отношения строятся на равных:

«Мы подробно объясняем каждый шаг, даём человеку право выбора. Мы помогаем построить дорогу, по которой он сам выйдет из кризиса. Показываем какой сценарий ждёт, если пойти по тому или иному пути».

Что мы вынесли из исследования

Участие в проекте помогло нашим специалистам подвести научную базу под практику. «Раньше мы интуитивно использовали травмоинформированный подход, но нам не хватало исследований, которые подтверждают его эффективность, — отмечает Вероника Лемешева. — Теперь наша работа стала более осознанной и доказательной».

Одно из ключевых открытий: безопасное пространство и отсутствие жёсткого контроля — это и есть проявление заботы. Семьи не раз говорили: «Мы никогда не были в таких условиях, так безопасно нам ещё не было». Важно, что договорённости работают тогда, когда семья сама участвует в их создании, а не получает готовые правила.

Понимание психологических маркеров помогает специалистам спокойнее реагировать на сложное поведение, не выходить на эмоции и сохранять профессиональную позицию. Не менее значимой оказалась и забота о самих сотрудниках: исследование подтвердило, что специалистов нужно беречь, иначе высок риск выгорания и вторичной травматизации.

Благодарим Фонд «Дети Саха-Азия» и Благотворительный фонд «Абсолют-Помощь» за поддержку этого важного исследования. Спасибо коллегам, которые делятся опытом: вместе мы делаем помощь семьям бережнее.


<<< Возврат к списку



Будьте в курсе наших событий, подпишитесь на новости и акции

Истории
Саша, 6 лет

Саша попала в детский дом когда ей было всего полтора года. Она не помнит ничего из жизни «до»,...